fatheralexander

Category:

ГОНЕНИЯ НА ВЕРУ: "ЗАЩИТНИКИ" ХРИСТИАНСТВА ОТ ХРИСТА

«С религией надо бороться, потому что она уводит человека от борьбы за правду и справедливость здесь, на земле, делает его равнодушным к проблемам этого мира во имя какого-то другого, загробного». Таков был догмат, положенный в основу идеологии, которая до сих пор видит в атеизме условие своего процветания. Таков смысл знаменитого изречения «Религия — опиум для народа». Ведь опиум — это то, что помогает забыться, что уводит от действительности, навевает некую блаженную безучастность. 

Официально этот догмат остается в силе и поныне, но только официально. Ибо на деле ничто так не приводит в бешенство представителей и пророков официальной идеологии, как тот факт, что религия таким «опиумом» не оказалась.

И приводит это их в бешенство не  потому только, что еще в одном своем важном утверждении идеология, которую они насаждают, оказалась несоответствующей действительности, нет! — а потому, что им-то как раз и понадобился опиум, и притом в небывалых дозах. Понять это — значит понять парадокс современного «научного атеизма», весь его сумбур, но и фанатическую неослабность борьбы с религией, невозможность для казенной идеологии, для партии, для власти отказаться от такой борьбы.

Но сначала укажем хотя бы один пример этого сумбура — того, что без всякого преувеличения можно назвать основным противоречием антирелигии. В вышедшей года два тому назад брошюре «Религия в современной идеологической борьбе», принадлежащей перу неких Белова и Шилкина, есть фраза, над которой стоит задуматься.  Белов и Шилкин критикуют вышедший за рубежом сборник «Православие в жизни» (имеется в виду книга: «Православие в жизни»: Сборник статей. Нью-Йорк: Издательство имени Чехова, 1953 год. Среди авторов сборника наряду с С.С. Верховским, А.В. Карташевым, Н.С. Арсеньевым, Б.А. Бобринским, Н.А. Струве, прот. В.В. Зеньковским, был прот. А. Шмеман (ст. «О Церкви» С. 55-83).  И вот что они по его поводу пишут: «Перелистывая страницы сборника, невольно обращаешь внимание на то, что православные богословы, которые, казалось бы, должны быть далеки от мирских дел и заниматься непосредственно проблемами теологическими, на самом деле в гораздо большей степени интересуются именно земными вопросами».

Цитата эта, повторяю, замечательна, ибо в ней вскрывается все: и ошибочность марксистского догмата о религии в первую очередь, и растерянность казенных толкователей этого догмата. «Православные богословы, казалось бы, должны быть далеки от мирских дел» — чего стоит одно это «казалось бы»! Но позвольте спросить: кому это, собственно, «казалось»? «Казалось», должно быть, Карлу Марксу, который в своей одержимости экономикой даже религию вывел из экономических отношений и «эксплуатации». «Казалось»,  должно быть, его последователям, судившим о религии не по ее сущности, а по тому, что сами они принимали за эту сущность. В русском народе когда-то была хорошая поговорка: «Если кажется, перекрестись». Белова и Шилкина к этому призывать, конечно, не стоит. Но их, а вернее, их читателей можно спросить: что это за «теологические проблемы», которыми православные богословы должны были бы, в отличие от мирских дел, заниматься «непосредственно»?

По самой элементарной логике православные богословы призваны изучать и разъяснять основы православного, то есть христианского, учения. Но разве основатель христианства занимался какой-то отвлеченной теологией и не касался мирских дел? Ведь достаточно чуть ли не наугад открыть Евангелие, и вот: «Дух Господень на Мне; ибо Он... послал Меня... проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу» (Лк. 4:18-19). Что это — теология? Отвлеченные проблемы? А что касается «мирских дел», то Христос сказал о Боге, что Он «так возлюбил ... мир, что отдал Сына Своего Единородного» (Ин. 3:6). 

Итак, какой же «теологии» требуют Шилкин и Белов от православных богословов, не замечая, по-видимому, смешного положения, в которое сами попадают? Смешного, потому что невольно оказываются в роли защитников «правильной», с их точки зрения, религии против ее искажения теми, кого они называют «неохристианами». Они как бы обращаются к этим православным богословам и верующим так: «Пожалуйста, будьте тем, чем вы должны быть. А чем вы должны быть, определил, как известно, наш великий учитель Карл Маркс. Будьте, миленькие, «опиумом для народа», это очень нам поможет! Поможет, во-первых, потому, что докажет нашу правоту, и нам будет легко по-прежнему утверждать, что ваша теология не имеет никакого отношения к жизни и потому не нужна; поможет, во-вторых, потому, что зачарованные и усыпленные своим опиумом верующие не будут больше ничем возмущаться, а станут послушными и общественно-полезными. Так вот уж, пожалуйста, пусть все останется на своих местах!» 

Я говорю, конечно, в ироническом смысле, но ведь по существу это голая правда, это и есть тот самый основной парадокс, что определяет собой сейчас всю антирелигиозную пропаганду и всю политику в отношении религии. «Религию нужно уничтожить, потому что она опиум» — тезис. «Но вот она, оказывается, не опиум, а рассадник опасных идей» — антитезис. «Тогда ее тем более нужно уничтожить, потому что — и это синтез — нам как раз нужен опиум как средство от опасных идей».

И вот все более и более очевидно становится, что этой тоталитарной идеологии, требующей подчинения себе всего человека, противостоит сейчас, в сущности, только одно — религиозное мироощущение, вера. Это и есть та «теология», которая, вопреки всем ожиданиям, всем «научным» прогнозам, одна оказалась нерастворимой в казенной идеологии и к которой, по признанию самих же Белова и Шилкина, все больше возвращается молодая советская интеллигенция. Ибо сама эта брошюра написана потому, — да этого и не скрывают  Шилкин и Белов, — что среди молодой советской интеллигенции все очевиднее возрастает интерес  к русской философии, к русской религиозной мысли. То есть как раз к тому, по выражению Шилкина и Белова, «неохристианству», в котором христианство — просто христианство — обратилось в проблемам современного человечества. Вот этого-то и не могут или, вернее, не имеют права понять Шилкин и Белов, а потому и попадают в смешное положение «защитников» религии, по сути, от Самого Христа. 

Но именно к Христу, к Его учению, к Его любви, объемлющей весь мир, возвращается всегда, рано или поздно религиозное сознание.  

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic