fatheralexander

Categories:

ХРИСТИАНСТВО И ЛИЧНОСТЬ. КОНЕЧНЫЙ ОПЛОТ

В наших беседах мы много и часто говорили о христианском понимании человека, и это, конечно, не случайно. Ибо за великим спором о религии, о Боге - споре, который на глубине составляет главное содержание, главную тему нашего века, все яснее обозначается спор о человеке. "Скажи мне, что ты думаешь о Боге, и я скажу тебе, как ты относишься к человеку" - вот предельно точная формула, которую, в сущности, можно было бы отнести к каждому.

В мире, повторяю, сталкиваются два понимания человека, его природы и призвания - атеистическое и религиозное. И каждый из нас должен вдуматься в сущность обоих, ибо человеку свойственно не только проживать свою жизнь, но и задумываться над ее целью и в соответствии с этой целью жить.

Вот у нас уже десятилетиями насаждается и официально признается обязательным именно атеистическое понимание человека. Что же оно предлагает, как определяет оно человека, какую цель жизни провозглашает? Люди так привыкли к казенной риторике, настолько оглушены ею, что им часто и на ум не приходит, что в основе атеистического понимания человека лежит элементарное, но тем более страшное противоречие - противоречие между природой человека и конечной целью человечества. Элементарной истиной всякой науки является истина о соответствии природы объекта его цели. Но атеистическое учение о человеке эту истину фактически отрицает.

С одной стороны, оно провозглашает некую высшую, предельную цель - всеобщее и абсолютное счастье, "скачок из царства необходимости в царство свободы". Оно и религию-то отрицает в первую очередь потому, что та якобы мешает достижению этой цели, выводит ее за пределы жизни в какой-то иной, загробный мир. Ради достижения этой цели атеизм зовет человека к борьбе, к жертвенности, к тому, чтобы отдать, если нужно, и саму жизнь. Но атеистическое учение о человеке - и здесь начинается противоречие - никогда не способно определить, в чем же, наконец, будет заключаться это "всеобщее и абсолютное счастье", почему и как оно будет именно счастьем. Тут - полное молчание, тут атеизму сказать решительно нечего. Он красноречив лишь до тех пор, пока говорит о борьбе, ее методах и тактике, пока манит таинственными обещаниями. Но почему же не способен он это "абсолютное ", "всеобщее" и "научно обоснованное" счастье хоть как-то описать и определить? Да очень просто - потому что цели этой, по существу, нет в самой природе человека, как трактует ее, эту природу, атеистическое мировоззрение.

Ибо атеизм приложил все силы, чтобы разрушить то, что определяется им как "идеализм", то есть, всякую духовную реальность. Нет ничего, кроме материи, и потому человек всецело определяется материей. Материя же, в свою очередь, определяется абсолютно безличными "законами". Понятие "счастье" из материи никак не выведешь именно потому, что понятие это как раз духовного, то есть, идеалистического порядка. Сама по себе материя ни к чему не стремится и никакой цели не имеет, кроме той, что заложена в ее природе: питаться, расти, умирать. Материализм отрицает и ненавидит дух, но ставит человечеству своего рода духовную цель. И тогда приходится либо замалчивать содержание этой цели, либо же определять ее, так сказать, "отрицательно" - как отсутствие эксплуатации, отсутствие голода, отсутствие нужды и тому подобное. 

Ну, хорошо, все это - "отсутствие" того-то и того-то, но чего же тогда ПРИСУТСТВИЕ? И тут раскрывается не только философская нищета этой идеологии, но нечто гораздо более страшное - то, что в атеистическом учении о человеке нет самого человека. Есть какое-то отвлеченное "человечество", какие-то "массы", "классы", но нет личности. А счастливой может быть только личность. Нет, никогда не было и не будет никакого "коллективного счастья", ибо нет, в сущности, и самого коллектива, ведь коллектив - это отвлеченное и в конце концов "идеалистическое" понятие. Растворяя человека в массе, атеизм тем самым отрицает его единственность, уникальность, неповторимость.

И вот здесь-то и проходит черта, разделяющая атеистическое и религиозное понимание человека. Ибо религия всегда начинает с личности. Только установив личность как абсолют, только наделив ее божественным смыслом и целью, переходит религия к человечеству. И там, где атеизм говорит: "Счастье каждого - только в счастье всех", религия говорит: "Счастье всех - в счастье каждого". Ибо счастье - то есть, наполненность жизни смыслом, светом, знанием, любовью, радостью - возможно только в личности. И, конечно, последнее и вечное счастье - только в любви. Любит же человек человека, а не "человечество".

Борьба, все очевиднее разворачивающаяся на наших глазах во всем мире, есть борьба между личным и безличным пониманием жизни, истории и, наконец, самого человека. И тогда понятно становится, почему такая ненависть направлена на религию, почему жаждет все безличное ее уничтожения. Ибо именно она, религия, - последний в мире оплот мира личного. Если нет личности, этой абсолютной и единственной в своем роде ценности, то откуда взяться ее правам, почему нужно ее защищать и о ней заботиться, почему нельзя ее уничтожить во имя отвлеченного "общего блага"? Где воцаряется атеизм, там рано или поздно исчезает и всякая забота о личности, там начинается царство безличного, а в пределе - бесправие, насилие, террор и кровь.

Многие, слишком многие этого все еще не видят. И думают, что можно защищать личность, ее права, ее достоинство, саму ее жизнь, оставаясь материалистом. Увы, нельзя! Ибо само знание о личности или, вернее, ослепительное откровение о ней, приходит не "снизу", не от материи и даже не от науки. Оно пришло, оно всегда приходит и, верим, никогда не перестанет снова и снова приходить в мир только от Божественного Света.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic