fatheralexander

Categories:

САМЫЙ ТРУДНЫЙ ВОПРОС

Я уже говорил в одной из предыдущих бесед, что человеческий разум всегда бился над вопросом: " Откуда в мире зло? Почему в нем столько страдания?" Этот вопрос питает собою не только отвлеченную мысль, но и все теории и идеологии, которые обещают перестроить мир, сулят человеку полное и окончательное счастье. Наша эпоха в особенности отмечена ненасытной жаждой найти наконец средство от зла и страдания. Одни видят это средство в коренной перестройке общества и прежде всего - экономики, от которой зависит удовлетворение основных человеческих потребностей, другие проповедуют всевозможные "духовные" рецепты. Но все эти идеологии сходятся в утверждении, что человечество способно рационально уничтожить зло и добиться счастья, и притом счастья для всех. Поэтому изложение христианского взгляда на зло нужно начать с разоблачения рационалистического подхода, который основан на беспочвенном убеждении, что зло - всего-навсего некий недостаток, для уничтожения которого требуется одно: понять, в чем его сущность. 

Эту и следующие беседы я назвал "О тайне зла", ибо истоки христианского подхода ко злу - в признании его тайной, то есть тем, что не укладывается в рациональные категории. Зло иррационально. И это не очередная теория, не абстрактный принцип, а то, что известно человеку из его непосредственного, каждодневного опыта. Об этом же свидетельствует и все искусство. Не случайно одной из главных тем поэзии всегда была любовь и связанное с ней страдание. Какими теориями, какими идеологиями объяснить, например, муки неразделенной любви, ужас измены, разлуки, расставания? Как бы рационально ни перестраивали общество, экономику, аппарат власти и тому подобное, этот неподвластный времени опыт личного страдания все равно остается.

Я говорю об этом опыте потому, что на его примере лучше всего видна нищета всех современных теорий будущего счастья. Допустим, что все наконец будут сыты, что удастся победить нищету и голод: допустим, что в мире, как обещают все идеологи счастья, введены будут равенство, справедливость и максимальное удовлетворение всех житейских нужд: допустим, наконец, что каждый получит возможность свободно избирать род жизни, труда и развлечений. Все это, сколь ни кажется утопическим, в плане рациональном хотя бы допустимо, как допустим, к примеру, прогресс в области медицины и связанное с ним сокращение физических страданий. Но, быть может, именно тогда, когда в разуме и воображении мы уже построили всеобщее счастье, становится очевидно, что зло, подлинное зло глубже всего этого и корень его иррационален. Недаром библейский рассказ о происхождении зла первое обнаружение его связывает не с недостатками мироустройства, а с раем. Ибо, согласно Книге Бытия, именно в раю, то есть, в полноте радости и блаженства, первочеловек Адам захотел… о, не зла как такового, конечно, а того, что привело к грехопадению, в котором христианская всегда видела проявление глубинной сущности зла. 

Чего же захотел первочеловек Адам? Упрощая, можно сказать, что захотел он жизни ДЛЯ СЕБЯ и ТОЛЬКО С СОБОЮ; власти, ничем не ограниченной; смысла, ИМ САМИМ созданного. Устами Бога-Творца Библия говорит об этом так: "Адам захотел быть как Бог" (ср.: Быт. 2:22). Жизнь дана была человеку затем, чтобы смысл ее лежал вне его - в любви, самоотдаче, служении и радости от них. Но именно этот смысл человек отверг и продолжает отвергать в теориях и идеологиях, сулящих ему как будто всецелое и окончательное счастье. Ибо все эти теории и идеологии сходятся в том, что счастье есть полное удовлетворение внешних нужд и потребностей человека. 

А что если именно тут - настоящий, глубинный источник зла? Что если тут, в этом безостановочном самоутверждении человека и человечества настоящая причина того страдания, которым так очевидно переполнена вся наша жизнь? Что если в этом сведении всей жизни к одному стремлению - не страдать - и коренится само страдание? Так подходим мы к той тайне зла, которая, сколько бы ни отвергал ее человек, неизменно присутствует в бытии мира. И именно в раскрытии этой тайны - смысл Евангелия, смысл проповеди Христовой и, главное, смысл того страдания, которое оставлено нам как образ победы, как путь к единственно подлинному счастью. 

Вот к этому евангельскому благовестию о Кресте, которым приходит, по слову церковного песнопения, "радость всему миру", мы и обратимся в следующей нашей беседе. Мы попытаемся подойти к тайне зла не разумом, не через биологию или экономику, не через сведение ее к некой случайности, но так, как всегда подходило к ней христианство. Иными словами, мы попробуем показать, как раскрывается тайна зла и побеждается само зло в жизни, учении, страдании и смерти одного-единственного Человека.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic